Михаил Онуфриенко: К концу апреля Россия получит возможность уничтожить ВСУ ударами по мостам через Днепр - 04.04.2025 Украина.ру
Регистрация пройдена успешно!
Пожалуйста, перейдите по ссылке из письма, отправленного на

Михаил Онуфриенко: К концу апреля Россия получит возможность уничтожить ВСУ ударами по мостам через Днепр

© SputnikМихаил Онуфриенко интервью
Михаил Онуфриенко интервью
Читать в
ДзенTelegram
Нам надо менять характер нашего наступления, если мы хотим достичь целей СВО. Тем более, опыт есть: как наш, и противника, считает военно-политический обозреватель, уроженец Харькова Михаил Онуфриенко
Об этом он рассказал в интервью изданию Украина.ру
В последнее время из Краснояружского района Белгородской области, куда все еще пытаются прорваться ВСУ, стала поступать обнадеживающая информация.
Во-первых, ВКС РФ с помощью ФАБ-3000 взорвали дамбу в районе населенного пункта Поповка, тем самым затруднив противнику снабжение.
Во-вторых, в телеграм-каналах регулярно пишут о том, что ВСУ несут огромные потери как при попытке выйти из этого района, так и нанести некий деблокирующий удар окруженной группировки.
- Михаил Борисович, чего там ждать дальше?
- Ликвидации этой группировки ВСУ, которая прорвалась и оккупировала около 9 квадратных километров от границы до Демидовки, Поповки и Графовки.
Михаил Онуфриенко
Михаил Онуфриенко: кто онБлогер, военный эксперт
Этот отвлекающий удар противника имел смысл две недели назад, когда ему необходимо было оттянуть хотя бы часть наших сил, которые наступали на Суджу, но уже на третьей сутки этой затеи такой ход смысл потерял. Эффект неожиданности утрачен, взять эти населенные пункты под свой контроль не удается, остановить наше дальнейшее наступление в Курской области тоже не получилось.
Более того, мы сейчас широким фронтом с запада продвигаемся в Сумскую область и ведем бои за Басовку.
В этой ситуации любой командир прекратил бы эти бессмысленные атаки, потому что в наступлении ты теряешь больше людей, чем в обороне (особенно на неудобном участке фронта), и попытался бы укрепить свои отступающие части. Но Украина этого не делает. И происходит та же самая ситуация, какая была в Курской области.
Мы же неоднократно говорили, что ту ситуацию с военной точки зрения нам было выгодно затягивать как можно дольше. Потому что ВСУ за первые две недели наступления уже сделали все самое плохое, а потом оказались в политической ловушке. Окруженные с трех сторон войска киевской хунты с лучшей техникой много месяцев получали по полной программе и несли постоянные потери.
Мало того, что противник дал нам возможность вести наступление в Донбассе. Он в обороне нес больше потерь, чем мы в наступлении.
В частности, на днях вышла статья шведского института SIPRI – более-менее объективного ресурса, который десятки лет описывает вооруженные силы и боевые действия в разных регионах мира. Так вот они говорят, что в ходе СВО киевский режим теряет в обороне на 38% больше личного состава и техники, чем мы в наступление.
Все это результат военной политики Украины.
- Как мы будем разбираться с оставшейся частью Курской области (Гуево, Горналь, Олешня)?
- В Гуево уже неделю идут бои. Мы постепенно выталкиваем ВСУ за реку. Понятно, что из-за удобной географии противник еще удерживает южную и юго-западную часть поселка, но это вопрос максимум двух недель. Мы в лобовых штурмах людей класть не будем. Нравится им там держаться – пусть держатся.
Горналь и Олешня находятся на самой границе. Стратегического значения они не представляют. Причем мы в Сумской области освободили не меньшую площадь, чем ВСУ еще удерживают в Курской области. Мы постепенно охватываем Юнаковку, обходя ее с запада.
Если враг хочет каждый раз оказываться в клещах, пусть продолжает в том же духе.
- Станет ли взятие Юнаковки поворотным моментом, когда Украина однозначно будет вынуждена ослаблять другие направления и перебрасывать силы на защиту самих Сум?
- Украина и так это делает. Но тут надо учесть нюанс, который проходит мимо наших СМИ.
Мы уже неоднократно говорили о проблемах Киева с личным составом. Да, у них падает подготовка и мотивация, но сейчас важно само количество пушечного мяса. Поэтому они легитимизировали мобилизацию молодежи. Мы уже видим этих людей на фронте. А все те граждане Украины, которым удалось выбраться из лап ТЦК, свидетельствуют, что сейчас гребут всех.
То есть ты можешь сколько угодно доказывать, что тебе всего 20 лет. Но тебя все равно заберут, и ты окажешься на фронте. Если ты погибнешь, то просто скажут, что погиб еще один доброволец.
Так вот за счет этого киевский режим дыру закрыл. Пушечного мяса им хватает.
Заказчик всего это кровавого шапито – США. Они сами признают, что ведут с нами прокси-войну. Им все равно, какое количество квадратных километров потеряет Украина. Для них важно, что эта хунта еще контролирует больше 400 тысяч квадратных километров. А уничтожение местного населения они могут только приветствовать.
Это мы спорим, кто из нас русский, а кто – украинец. Для них это один народ. Западники прекрасно понимают, что во время гражданских войн люди по пять раз переходят с одного фронта на другой. Возьмем ту же Галицкую армию. Сформировали ее австро-венгры. Потом она воевала в ЗУНР, потом – в УНР, потом - за белых, потом за Петлюру, потом за Красную Армию, а потом часть из них ушла в Польшу.
Сейчас у нас тоже есть целые подразделения, собранные из украинских военнопленных.
И угрозы Трампа ввести жесткие санкции против судов с российской нефтью показывают, что он и не пытался прекращать боевые действия. Он пытался решить их к американскому финансовому и геополитическому успеху. Ему нужно изображать из себя миротворца по зомбоящику, а не принести мир в регион.
Американцы говорят: "Русские не соблюдают условия перемирия". Да Минобороны каждый день документально фиксирует, что киевский режим бьет по нашей энергетике, а мы – нет. Но за океаном на это плевать хотели. Главное, что они образ миротворца для Трампа создали.
- В этот момент мы с вами обычно говорим, что ВС РФ нужно провести стратегическую наступательную операцию. Как она может выглядеть теперь, к началу летней кампании?
- Еще пару лет назад мы с вами говорили, что наиболее перспективным направлением удара является то самое место, где Украина провела свою наступательную операцию в августе 2024 года. Они провели ее эффективно, взяв под устойчивый контроль порядка 780 квадратных километров. Просто выбор цели, сил и средств был сделан по принципу "Не по Сеньке шапка". А если бы провели такую операцию, мы бы достигли большего успеха.
Во-первых, от границы Сумской и Курской областей до Днепра чуть больше 200 километров по прямой.
Во-вторых, мы могли двигаться между реками Псел и Ворскла. Это был бы удобный рубеж обороны как с внешнего периметра (со стороны Киева), так и со стороны левобережной группировки ВСУ.
Да, данные Военно-медицинского журнала Минобороны показывают, что 75% ранений нашим бойцам наносят украинские дроны-камикадзе, но при прорывах на стратегическую глубину они не летают. Большинство из них действуют в радиусе порядка 5 километров. Я имею в виду тех, кто кошмарит нашу пехоту. А если ты прорвался на десятки километров, никаких дронов камикадзе нет (кроме твоих собственных, которых ты ведешь в наступающих порядках).
Как нет и сплошной линии обороны и всего остального.
Мало того, такая операция вынудила бы противника перебрасывать подкрепления на сотни километров: группировки на десятки тысяч человек, которые сходу должны были бы вступить в бой, чтобы остановить нас. А при полном нашем господстве в воздухе и при отсутствии дронов-камикадзе мы бы получили этот перевес.
Сейчас, когда у противника был год на укрепление Сумской область, такое наступление невозможно. Его можно было бы проводить в том случае, если бы мы при освобождении Суджи с 8 марта только бы наращивали темп наступления, вводя в бой новые и новые силы, а не пытались бы просто выдавить противника из Курской области и создать зону безопасности вдоль границы. Но есть и другие важные направления. И не только с военной точки зрения.
Мы сейчас успешно расширяем плацдарм севернее Купянска на правом берегу Оскола. В апреле мы сможем его снабжать не через наведенные переправы, а с территории Белгородской области. То есть между Двуречной и Тополями будет единый плацдарм.
Сейчас ВСУ воспринимают его исключительно как угрозу для Купянска. Тем более, южнее Купянска мы тоже вышли к Осколу. Но Купянск сегодня – это лишь тактический успех на одном из участков фронта. А если мы будем развивать успех оттуда в направлении Северского Донца, ставя целью выйти к Печенегам, где заканчивается Печенежское водохранилище, мы возьмем под контроль десятки тысяч квадратных километров.
По свежим данным проекта LostArmour, мы за год с апреля по апрель освободили 4 тысячи квадратных километров, включая Курскую область. А если бы мы провели такую операцию, мы бы за месяц освободили порядка 50 тысяч квадратных километров.
Да, там нет больших городов и мощных укреплений. Но если Украина потеряет такую территорию, это повлияет не только на ее армию и тыл, но и на западных политиков. Это пятно на карте нельзя будет не заметить. Если значительная часть Харьковской области перейдет под наш контроль, это покажет всему миру, что мы можем эффективно наступать.
Сегодня единственный аргумент противника состоит в следующем: "Русские за год освободили меньше процента территорий, которые контролирует Киев". То есть даже если мы за 2025 год освободим 3-4% этих территорий, это ничего не изменит, потому что остальная территория останется. А теперь этого аргумента не будет.
Повторюсь, в такой операции есть смысл. Во-первых, наши ребята не будут нести потери из-за дронов. Во-вторых, мы будем наступать там, где ВСУ не готовились к обороне.
Мы же видим, как противник готовит оборону в ДНР. Штурм канала "Северский Донец-Донбасс" - это очень сложная задача. Да и наш путь от Марьинки до Курахово занял больше года, потому что там один населенный пункт перетекает другой. А в той части Харьковской области такого нет.
- Вы думаете, ВСУ не пытались укрепить тот же Чугуев?
- А направление нашего вероятного удара будет как раз выше Чугуева. Речь идет о том, чтобы мы не вязли в боях, которые требуют принципиально другого количества задействованного личного состава. Мы это видим на примере Дзержинска, который мы освобождали полгода и продолжаем зачищать до сих пор. В этом смысле, конечно, Чугуев мы штурмовать не будем, потому что он еще с советских времен был крупнейшей военной базой. Мы как раз и можем выйти к Печенегам, чтобы его обойти.
Да, на этой территории нет крупных промышленных центров и большой плотности населения. Но лично я считаю, что мы сейчас и должны продемонстрировать Западу, что киевский режим не в состоянии удержать территорию. Это пусть они оправдываются, что "эта территория не имела значение".
А что касается направлений удара, то это задача генштаба. Как правило, удары наносятся на четырех-пяти участках фронта. Причем очень часто успех возникает именно на том направлении, которое не планировалось в качестве основного.
Пока у нас за три года СВО подобных операций не проводилось. Мы по-прежнему ведем бои местного значения с небольшим продвижением вперед. Например, населенный пункт Веселое (север от Великой Новоселки) еще в феврале 2025 года определялся как цель нашего будущего продвижения, а освободили мы его только в апреле. То есть у ВСУ было полтора месяца, чтобы подготовить новую линию обороны за этим селом.
Именно этим и определяется медленный темп нашего наступления.
И самое обидное, что даже если мы за сутки на отдельных участках прорываемся на пять километров, наши передовые части не выходят за пределы радиуса применения вражеских дронов-камикадзе. Потери от них не снижаются. Они не будут действовать, если мы прорвемся минимум на 20 километров.
- Еще один регулярно обсуждаемый вопрос. Мы можем сосредоточить свою огневую мощь таким образом, чтобы провести такую наступательную операцию?
- Конечно.
Я с курвиметром прошелся по карте и подсчитал, что в марте мы вели наступление на фронте протяженностью больше 400 километров. Я учитывал только участки, где мы достигали успеха (на Покровском направлении около сотни). То есть мы везде потихоньку задействуем силы и вводим резервы для медленного продвижения, а не для того, чтобы сдерживать врага, укрепиться и вынудить его контратаковать занятые наши позиции.
То есть сосредоточить ударные кулаки на двух-четырех направлениях возможно. И Украина в этом случае не сможет сказать: "Русские прошли вперед, ну и пусть идут". Потому что мы не остановимся.
Более того, протяженность линии фронта от этого не увеличится, потому что мы фактически выровняем дугу от Волчанска до Купянска. Нам не потребуется для дальнейшего удержания позиций использовать дополнительные средства. Тем более, с выходом к Печенегам мы сможем выстроить оборону с упором на Печенежское водохранилище, которое местами до двух километров шириной (его просто так не форсируешь).
Я все это говорю к тому, что нам надо менять характер нашего наступления, если мы хотим достичь целей СВО. Тем более, опыт есть: как наш, и противника.
- Поспособствует ли выполнение тактических задач в Донбассе тому, чтобы мы такую операцию провели?
- У нас один резерв для проведения такой операции, который нам подарил товарищ Трамп – предложение отказаться от ударов по энергетике. То, что Киев нарушит этот запрет, было неизбежно. Поэтому нам ничего не мешает использовать накопленные ракеты и беспилотники для нанесения ударов по мостам через Днепр.
Возьмем ту же Днепрогэс. Мы легко можем уничтожить ее транспортную составляющую без уничтожения дамбы. Тем более, удары по ней мы уже наносили. А с мостами вообще вопросов нет. Это простые неподвижные объекты, которые не смогут укрыться от сотни ракет.
"Герань" с 50 килограммами взрывчатки запросто проделает в дорожном полотне дыру, через которую ты просто так не переедешь. Тем более, ВСУ из "Хаймарсов" набили столько дыр в Антоновском мосту, что это было одним оснований нашего ухода из Херсона. А у нас значительно больше средств поражения.
Уничтожить 20 мостов и дамб – вполне реалистично. Препятствовать их дальнейшему ремонту – тоже. Это поставит под удар всю Левобережную группировку ВСУ, потому что ее невозможно будет снабжать.
Повторюсь, этот резерв для наступления мы еще не задействовали. Но можем.
- Мораторий на удары истекает как раз в конце апреля, когда должна начаться весенне-летняя кампания. Будем, как вам кажется, мы такое шоу устраивать?
- Не могу предсказать, потому что в 21 веке война приобрела если не шизофреничный характер, то отличается от предыдущих конфликтов.
Во-первых, мы до 2025 года качали через Украину газ в Европу, тем кто поставляет оружие киевского режима. Во-вторых, тот же Трамп критиковал Европу за то, что она заплатила России за сжиженный газ больше, чем передала Киеву военной помощи. И так у нас везде.
Сергей Богатырев - РИА Новости, 1920, 29.03.2025
Сергей Богатырев: Чем бы не закончились переговоры с Трампом, за лето Россия попытается дойти до ДнепраЧем бы не закончился украинский конфликт, Россия постепенно возвращается в состояние империи. А для империи состояние войны – это норма. Именно за счет войн империи развиваются, считает военно-политический обозреватель Сергей Богатырев
Идет сложная политико-дипломатическая игра, в которой сами боевые действия играют не самую главную роль.
О других аспектах СВО - в интервью Дмитрия Стешина: России нужно собрать ударный кулак дронов и доломать ВСУ под Часов Яром по сценарию Суджи
 
 
Лента новостей
0
Сначала новыеСначала старые
loader
Онлайн
Заголовок открываемого материала